По залам музея
  Экспонаты
  Страницы истории
  Ветераны
  Книга почёта
  СМИ и посетители о музее
  Контакты
 
 
 
Правительство РФ

Роскосмос

Росимущество

Всероссийский каталог добросовестных поставщиков товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных нужд
 
 
 
Хорев Владислав Алексеевич
     
 
  ВОСПОМИНАНИЯ тов. ХОРЕВА В.А.

 Я, Хорев Владислав Алексеевич, в июне мес.1952г после окончания института начал работать инженером в филиале № 2 НИИ-88, сначала на объекте № 1, с марта 1953г был переведен на объект № 3, где приступил к отработке нового изделия. Объект № 3 продолжал строиться, работы по испытаниям изделий В-300, Г-211 продолжались интенсивно.

Комплекс С-25 на позиции с ракетами В-300.

 

Транспортировка ракеты В-300.

Подробнее...

Ракета 217М на стартовом столе.

Испытательный пуск "изделия 211" с носителя Г-310, 1952 г. (Серов Г., Фомичёв А. С-25. Как создавалась первая отечественная ЗРС. // Аэрокосмическое обозрение. №2 / 2006 г. ).

Самолет-летающая лаборатория Ту-2 для отработки системы наведения ракет Г-300 (http://www.sergib.agava.ru).

Создание нового варианта ракеты "изделие 211" под измененное ТТЗ начато ОКБ-301 по Постановлению Совмина СССР от 3 ноября 1951 г. Проектирование завершено в концу 1951 г. В январе 1952 г. начато производство и наземная отработка узлов и агрегатов ракет, а позже и сборка самих ракет. Всего в 1952 г. заводом ОКБ-301 собрано 63 ракеты Г-300 / "изделие 211".

В марте 1952 г. заводами №156 и №22 МАП СССР подготовлен к испытаниям самолет-перехватчик Ту-4 (заводской №226404) с РЛС наведения ракет. В мае-июне 1952 г. начат первый этап летных испытаний самолета с макетами ракет "изделие 211". В октябре-ноябре 1952 г. во Владимировке в рамках автономных испытаний ракет "изделие 211" выполнено 5 пусков без аппаратуры радиоуправления. Пуски производились с самолета-носителя Г-310. Для обеспечения летных испытаний в ЛИИ МАП СССР был создан целый контрольно-измерительный комплекс включавший в себя кинотеодолитные станции Kth-41, РЛС СОН-4, радиотелеметрическую аппаратуру РТС-2, три самолета-фотографа Ту-2, комплекс приборов-самописцев. Измерения синхронизировались по времени. Сход ракеты фиксировался двумя киноаппаратами АКС-2 и кинопулеметом АКС-3, установленными на самолете-носителе Г-310.

Испытательные пуски "изделия 211" с носителя Г-310, 1952 г. (Серов Г., Фомичёв А. С-25. Как создавалась первая отечественная ЗРС. // Аэрокосмическое обозрение. №2 / 2006 г. ).

Работа, как правило, шла в 1,5-2 смены. Людей, в первую очередь инженеров, не хватало. На объекте, руководимым Кочановым В.Я., работали на инженерных должностях Горшков В.И. - замначальника объекта, Романов В.Я. и Пидорин Н.М. - начальники групп стенда и систем управления соответст-венно, Крючков Н.Д. - и,о. ст.инженера - руководитель группы заправки и только что начавший свою трудовую деятельность после окончания института Уваров И.В. - инженер по стендовому оборудованию. Вот в дополнение к ним, как компенсация за увеличение объема работ с новым изделием 8A61, главным конструктором которого был С.П. Королев, был я переведен с объекта №1.

Схема изделий была новой и оригинальной по системе подачи компонентов. Здесь была заложена подача компонентов жидкостными аккумуляторами давления. Первоначально схема изделия предполагалась четырехкомпонентной: основные компоненты керосин Т-1 и азотная кислота с пусковыми компонентами ТГ-02 и меланж - смесь серной и азотной кислот. Но уже первые огневые испытания изделия заставили отказаться от керосина Т-1 в пользу ТГ-02. 1-й этап стендовых испытаний так и закончился на трехкомпонентной схеме.

Изделию 8A61, задуманному как замена изделия, P-1, уделялось большое внимание и работы с ним проводились в первую очередь, отодвигая на вторую очередь остальные, часто не менее важные испытания. Стендовые испытания изделий 1 этапа сопровождались частыми авариями материальной части, пожарами на борту ракеты, высокой частотой в камере сгорания двигателя.

Однокамерный ЖРД С2.253 / 8Д511 разработки ОКБ-2, главный конструктор Исаев А.М. (разработан в 1952 г.).

Подробнее...

На ракете Р-11ФМ - двигатель С2.253А. По умолчанию данные двигателя 8Д511.

Способ запуска - самовоспламенение пускового горючего и окислителя

Подача топлива - вытеснительная с жидкостным аккумулятором давления (на первых опытных ракетах 1953 г. - с пороховым аккумулятором давления).

Горючее - керосин Т-1 / ТС-1

Окислитель - азотная кислота АК-20И (20% четырехокиси азота + 80% азотной кислоты)

Пусковое горючее - ТГ-02 "Тонка-250" (смесь 50% ксилидина и 50% триэтиламина, в ходе первого этапа испытаний использовалось в качестве горючего - согл.источнику "СКБ-385...")

Расход горючего - 7.9 кг/сек

Расход окислителя - 30 кг/сек

Давление в камере сгорания - 24,7 атм

Давление на срезе сопла - 0,652 атм

Тяга:

- 8300 кг на земле (10300 кг в пустоте)

- 13300 кг (Р-11М, вероятно, в пустоте, не подтверждено)

Удельный импульс:

- 219 ед (у земли)

- 263 ед (в пустоте)

Время работы - 90 с / 92 с (по разным данным)

Схема ЖРД 8Д511 (оригинал с http://www.rwd-mb3.de)

Трудности, связанные с освоением новой схемы и относительной ее сложностью (сравнительно со схемами изделий типа В-300), усугублялись ненормальными производственными условиями. Монтажно-промывочный корпус, бункер управления только еще строились и до их ввода в эксплуатацию было еще далеко. Проверка герметичности изделия и автономные проверки систем проводились в монтажном зале бытовок объекта №1, а запуск изделия при испытаниях производился из танка.

Работы в дни подготовки проводились до поздней ночи, в распоряжение начальника объекта тов. Кочанова В.Я. выделялась "коробочка", которая и развозила испытателей в 11-12 часов ночи, а то и позднее, по домам. Первые работы проводились с участием прикомандированных ИТР и рабочих ОКБ и опытного производства, но уже к концу 1-го этапа стендовых испытаний обслуживание ДУ и системы управления изделия практически было освоено работниками объекта: т.т. Романовым,В.Я., Уваровым И.В., Крючковым Н.Д., Пидориным Н.М., Кочшшным В.П., механиками: тт. Лопатиным П.А., Почининым М.Ф., Головиным Ф.В., Лобановым Н.Ф., Куликовым Л.Н. и многими другими.

Ведущими конструкторами по изделию короткое время были сначала т.Синелыциков, а затем т.Ключарев, который также вскоре, в связи с его назначением начальником ОТК завода, был сменен т.Макеевым В.П. будущим главным конструктором целого семейства изделий для ВМФ.

Говоря о работе испытателей в то время, хочется отметить их безотказность в работе несмотря на любые трудности, особенно в зимнее время, когда работа на стенде осложнялась морозами, снегопадами, отсутствием бытовых помещений, ИТР объекта ютились в двух грунтовых немецких вагончиках, механики в кабине управления баллонной и коллекторной под мостом стенда. Большие затруднения возникали зимой при транспортировке изделия на стендовом станке по мосту сооружения в башню стенда. В этом случае собирался практически весь наличный состав объекта, чистились рельсы от снега и льда и станок общими усилиями заталкивался в башню стенда. Иногда для этого использовалась автомашина, что было связано с определенным риском.

Особенно неприятными были операции по переборке изделий типа В-300. С целью повторных испытаний производилась замена узлов и агрегатов одноразового действия: двигателя, арматурного блока, мембранных узлов и пиропатронов. Возможность повторных испытаний на топливных системах предопределяла необходимость отказа от нейтрализации баков и трубопроводов перед домонтажом указанных выше узлов и агрегатов со всеми вытекающими последствиями - необходимостью производить демонтаж отработанной и монтаж новой арматуры и узлов под действием паров компонентов.

Испытания двигателей для "изделий 210/211" проводились на стендах НИИ-229 (до 1956 г. - филиал №2 НИИ-88, теперь НИИХИММАШ) в Загорске: в 1952 и 1953 годах на испытательной станции №3, далее работы по теме были прекращены. Испытания включали отработку пуска, КДИ камеры (от стендовой системы подачи компонентов), ОСИ ДУ в составе изделия. На качающемся стенде отрабатывалась работа системы подачи компонентов при различных пространственных положениях изделия с вращением относительно двух осей.

Испытания ракеты "изделие 211" на качающемся стенде филиала №2 НИИ-88, 1952 г. (Серов Г., Фомичёв А. С-25. Как создавалась первая отечественная ЗРС. // Аэрокосмическое обозрение. №2 / 2006 г. ).

Такие "варварские" (по современным воззрениям) методы работы диктовались необходимостью скорейшей сдачи на вооружение новых образцов изделий и отсутствием производственных помещений, которые еще только строились. И хочется особо отметить самоотверженную работу механиков-испытателей тт.Починина М.Ф., Лопатина П.А., Уютова А.А., и других.

После проведения стендовых испытаний 1 этапа, 10 марта 1953г. большая часть коллектива объекта № 3 и объекта № 7 выехала на летные испытания в воинскую часть № 15644 в Капустин Яр. Техническая позиция была развернута на площадке № 2, а стартовая на площадке № 4. Начальником стартовой команды был назначен тов. Кочанов В.Я., начальником двигательного отделения - Горшков В.И., Крючков Н.Д. - начальником заправочного отделе-ния, Пидорин Н.М. - системы управления, Лыжков В.С. - начальником наземно-транспортного оборудования. Первые дни шло развертывание технической и стартовых позиций. Одновременно на 4-й же стартовой площадке шли летные испытания изделия Р-5, в которых принимали участие наши товарищи по предприятию с объекта №1 тт. Ануфриев В.С., Карнеев Ю.А., Бабушкин А.С., Тюрин К.И. и другие.

В ходе еще стендовых испытаний выявилась необходимость замены азотной кислоты на компонент АК-27И, что позволило отказаться и от пускового окислителя. В связи с тем, что решение о замене окислителя было принято непосредственно перед выездом эшелона с оборудованием на полигон, летные испытания изделия не были обеспечены заблаговременно компонентом АК-27И и этот вопрос решался на месте. Руководством полигона была представлена возможность получения этого компонента с одной из площадок, куда мы и были вынуждены перед каждым запуском выезжать. Эта операция осложнялась отсутствием штатного заправочного оборудования. Для заправки были приспособлены кислотные заправщики, заправку которых приходилось производить ручными помпами.

Заправщик горючего 2Г1 ( http://www.rwd-mb3.de)

Заправщик горючего 2Г1У ( http://www.rwd-mb3.de)

Заправщик окислителя 8Г17 ( http://www.rwd-mb3.de)

Компрессорная станция 8Г33У ( http://www.rwd-mb3.de)

Особенно запомнилась первая поездка на эту площадку. Почему-то она была организована в конце дня, пока мы добрались до места, пока разыскали нужных нам офицеров день уже закончился, да в добавок ко всему допустили на эту площадку только 4-х - меня, как старшего в группе, механиков Лопатина П.А. и Корнилова И.А., да одного шофера с об. № 7. К счастью и Лопатин и Корнилов немного шоферили, не имея, конечно, водительских прав. Вот с их помощью и были загнаны 2 заправщика на склад, где с большим трудом производили заправку, так как нам предложили заправляться из почти пустой цистерны, в которой, как оказалось позднее, заборный трубопровод был худой. Промучившись несколько часов, нам удалось все же заправится из другой цистерны.

Запомнился первый запуск изделия. Происходил он через 2-2,5 недели после нашего прибытия, стоял теплый солнечный день. После окончания подготовки изделия к запуску, стартовая команда, за исключением управленцев, была вывезена с площадки на Территории воинского подразделения 4-й площадки, откуда мы и наблюдали за запуском. Расстояние составляло приблизительно 500-700 метров голой степи - видимость отличная. Голая начавшая зеленеть степь и на ней сверкающий белизной карандашик. Точный момент запуска нам не известен - подачу команд и доклады о их прохождении нам не слышны, поэтому все наше внимание в течение 30-40 минут приковано к этому карандашику непрерывно. Я вижу старт изделия впер-вые и, вполне естественно, волнуюсь. Все молчат. Наконец, почти вдруг, у подножия карандашика появляется серо-коричневый венчик, затем грохот и белый карандашик поднимается на фоне горизонта, а все быстрее удаляясь от земли. Видя это впервые, в следующие мгновения не отдаю себе отчета о том, почему же изделие летит горизонтально над степенью в направлении домика СТК, находящегося от нас в 200 метрах. В следующие мгновения слышим команду «Ложись», и я только тут начинаю осознавать, что что-то идет не так как должно быть. Изделие падает где-то в районе домика СТК - глухой взрыв и клубы дыма, огня и паров окислов азота поднимается вверх. Так для многих из нас, работников объекта № 3, началось первое знакомство со стартом изделий. К счастью таких случаев было сравнительно мало, если не сказать единицы.

Как потом показали расшифровки пленок СТК системы управления, причиной ненормального полета первого изделия с системой подачи ЖАД были неисправности в системе управления, что привело к заклиниванию газовых рулей в крайнем их положении.

Последующие испытания проходили нормально и успешно, и в первых числах июня месяца все были уже дома.

В конце года начались и продолжались всю зиму стендовые испытания 2 этапа изделия 8A61. ПГСх изделия несколько упростилась за счет введения мембранных узлов свободного прорыва вместо крановых агрегатов подачи компонентов в газогенераторы системы подачи. На этом этапе проводились испытания изделий при крайних температурах компонентов и конструкции изделия (+50*-4-0°С).

Для обеспечения более «мягкого» запуска в трубопроводе "Г” на входе в двигатель появился дроссель-автомат, обеспечивающий пониженный расход горючего в камеру сгорания в первый момент.

Принципиальная схема питания двигателя 8Д511 ракеты Р-11 / 8А61. Демонстрационный зал в Орево, апрель 2014 г. Синее - окислитель, желтое - горючее (фото - http://users.livejournal.com/___lin___/, обработано).

Проведенные мероприятия по улучшению конструкции изделия и двигателя позволили в качестве основного горючего применять компонент Т-1, как этого требовали ТТТ на изделие. Несмотря на ряд аварийных исходов при стендовых испытаниях окончательный результат отработки позволил выйти на 2 этап летных испытаний. И в первых числах апреля месяца 1954г. объект № 3 выехал на полигон. Руководителем стартовой команды был на этом этапе замначальника объекта тов. Горшков В.И., по системам управления от объекта принимал участие инженер т.Антонов А.В., в остальных отделениях практически без изменений, разве только за счет сокращения количества участников. Большую роль в подготовке и проведении испытаний играли военные. Объем работ на стартовой площадке все больше сокращался. Исчезли такие операции как проверки герметичности изделия. Все полнее используется штатное установочное оборудование, которое на 1 этапе летных испытаний не применялось из-за его неготовности.

Испытания проходили также успешно, как и на первом этапе. Но и здесь не обошлось без случая отказа системы управления при запуске - не прошла команда на подрыв пиропатронов мембран принудительного прорыва «О» и «Г» и изделие осталось стоять на пусковом столе. Был произведен аварийный сброс давления из баков, слиты компоненты и изделие отправлено на нейтрализацию.

Запомнился этот этап летных испытаний длительными ожиданиями "Окна” в небе. Принятие решения о моменте запуска зависело от метеорологических условий, в частности от облачности. В связи с этим запомнился случай близкой встречи с тов. Королевым С.П.

На соседней стартовой площадке проводились запуски геофизических ракет на базе изделия 8Ж38 с собачками, спускаемыми из космоса в контейнерах на парашютах. В одно из этих ожиданий "окна" Горшков В.И. и я сидели на склоне бетонной стартовой площадки. В нескольких метрах от нас прогуливался Сергей Павлович и я оказался невольным свидетелем разговора между ним и Горшковым В.И.

Я, конечно, не помню весь разговор, но запомнилось очень четко, что, когда они коснулись запуска собачек в космос, Сергей Павлович сказал, что лет через 7-8 человек полетит в космос. Как мы теперь знаем этот прогноз оказался точным. Разговор этот был где-то к мае месяце 1954г.

Закончив в июне месяце 2 этап летных испытаний, мы вернулись домой и сразу начались работы по проведению 3 этапа стендовых испытаний, вслед за которым мы выехали в последних числах декабря месяца 1954г на 3 этап летных сдаточных испытаний. Начальником стартовой команды на этом этапе был зам. начальника объекта тов. Романов В.Я., состав остальных участников не изменился. Испытания проходили в январе-марте месяца 1955 года. Работы проходили очень успешно и осложнялись только плохими погодными условиями. Зима стояла переменчивая то морозы, то оттепель со слякотью.

Успешное завершение работ и принятие изделия на вооружение Советской Армии было отмечено приказом Министра и премиями участникам отработки изделия. Наряду с упоминаемыми выше участниками отработки как стендовых, так и летных испытаний большой вклад внесли работники объектов № 3 и № 7 тов. Сухопалько М.В., являющийся бессменным руководителем всех экспедиций, Иовлев В.П., в то время инженер группы заправки, Бугаев В.В. - начальник группы управления объекта, ст. механики Починин М.Ф., Дудинский М.И., Маслов В., Мозговой В.И., Головин Ф.В., Спирин А.И., Уютов А.А.Королев A.B.I Сиянов Н.И., Тимофеев А.Ф. да и многие другие.

Модификацией изделия 8A61 явились 2 изделия: 8K11 и 11ФМ. Последнее изделие появилось как развитие мысли об оснащении подводных лодок ракетами дальнего действия. Для решения целого ряда специфичных вопросов запуска изделий с подводных лодок даже из надводного положения и было взято за основу изделие 8A61, корпус которого был доработан для условий запуска со специального пускового устройства. Наиболее серьезных изменений претерпела система управления ракетой с учетом запуска изделия в условиях морской качки корабля в момент запуска.

Стенд СМ-49 на полигоне Капустин Яр

Первоначальная цель создания этого изделия и летных испытаний предполагала только накопление опыта создания ракет, оборудования, и аппаратуры для запуска с подводной лодки. Работа по отработке изделия состояла, помимо стендовой, из 3 этапов летных испытаний. 1-й этап летных испытаний проводился на полигоне в той же воинской части № 15644. Основной задачей этих испытания была отработка старта изделия с пускового устройства. Испытания эти проводились летом 1955 г., мне в этих испытаниях участвовать не пришлось. По окончании этого этапа экспедиция прямо с полигона перебазировалась в г. Северодвинск (в то время г. Молотовск). Для проведения этого этапа с объекта № 3 выехала бригада во главе с зам. начальника объекта тов. Романовым В.Я. Я вместе со старшим механиком тов. Лопатиным П.А. выехал в Северодвинск позднее в середине августа месяца, куда к этому моменту поступили 18 изделий 11ФМ для проведения испытательных запусков с океанской подводной лодки, строящейся на местном заводе по проекту главного конструктора тов. Исанина. На нас возлагалась подготовка двигательной установки на технической позиции и подготовка пневмоблока к выстрелу.

Техническая позиция располагалась непосредственно в воинской части, откуда изделие на транспортной тележке по городу в ночное время перевозилось на пирс завода, где заправлялось и с помощью портовых кранов загружалось в шахту корабля.

Так как судовые компрессоры сжатого воздуха не обеспечивали требований к воздуху для изделия по влажности, на корабле были смонтированы 2 четырехсотлитровых баллона, в которые с помощью штатной наземной передвижной компрессорной станции заправлялся сжатый воздух требуемой влажности. Воздушные шары пневмоблока заправлялись из этих баллонов сжатым воздухом, а непосредственно перед запуском готовился пневмоблок изделия. Подготовка изделий происходил, как правило, без серьезных замечаний. Накануне выхода в море для первого запуска изделия все гражданские участники запуска, которые должны были находиться на борту лодки в момент выстрела, были собраны на совещание, которое проводил Сергей Павлович Королев. Обращаясь к нам, он разъяснил задачу испытаний и подробно остановился на необходимости максимального соблюдения дисциплины, спокойствия и необычной для нас обстановке. Дело в том, что подобная работа проводилась на подводных кораблях впервые. Какое воздействие, в первую очередь шума, будет оказано на людей, находившихся в лодке, не было известно. Сергей Павлович обращал наше внимание на это и рекомендовал принять меры предосторожности. Обращал он наше внимание и на другие вопросы в основном технического характера и не отложившиеся в памяти.

16 сентября 1955г. в 3 часа утра подводная лодка с изделием в шахте отошла от пирса завода и вышла в Белое море, взяв курс к месту старта. Помимо команды на борту находилось около 20 человек испытателей гражданских во главе с т. Королевым С.П. От нашего предприятия на борту находился Романов В.Я. и я.

Подводную лодку сопровождала плавучая база подводных лодок, трофейный немецкий корабль, неофициально называемый "Аэронафт" (старое немецкое название). На нем находилась большая группа наблюдателей и испытателей на случай аварии в походе или на старте. Море было спокойное, почти без волны.

Для справки

Подробнее...

"Falke" отправился в СССР, где получил новое имя "Аэронавт. Судьба же советского(теперь) корабля оказалась более удачной. В 60-х немецкий трофей много и плодотворно работал на испытаних ракет - мощный кран на корме и уникальная маневренность позволяли ему легко подбирать с воды любые ракеты - ведь там, где нормальному судну пришлось бы долго и аккуратно притираться к искомому объекту - "Аэронавт" проделывал маневр "не глядя".

Самолет больше авианосца

Незаменим он оказался и при оборудовании баз в заполярье, - приличная грузоподъемность, просторная палуба и тот же кормовой кран позволяли запросто оборудовать базы в самых, казалось бы, труднодоступных с воды местах. Течение вдоль берега? Ерунда - подрабатывая "бортом" - "Аэронавт" стоял, как влитой. А когда пришла пора отправляться в утиль - выяснилось еще кое-что....

"...На металл «Аэронавта» списали в 1972-м. Корпус его притопили в Турдеево. Когда вскрывали обшивку в каютах, на тыльной стороне листов обнаружили надписи на русском. Оставили их те наши пленные, кого фашисты загнали на верфи Ростока. Выходит, тридцать лет шли эти письма с чужбины. Сначала в чреве фашистского корабля, а потом уже испытателя советского оружия. Это ли не повод задуматься, как порой не только обстоятельства, но и линии судеб непредсказуемым образом сходятся в исторической или житейской точке. Предугадать такое никому не дано. Этому можно только удивляться..."

Двигались все время в надводном положении до места старта часов 8-10, сейчас уже точно время не помню. Где-то в районе 15 часов после подготовки пневмоблока к выстрелу был произведен запуск изделия.

Подробнее...

В качестве носителя ракеты предполагалось использовать дизельные лодки измененного проекта 611 (611АВ). Главный конструктор — Николай Исанин. Лодка несла две ракеты в вертикальных шахтах высотой 14 метров, смонтированных в середине корпуса.

Первый в мире пуск БРПЛ Р-11ФМ с лодки Б-67, Белое море, 16 сентября 1955 г. (кадры из фильма «Подводная эскадра «Севмаша», студия «Севмашфильм», 2006 г. Фото:militaryrussia.ru

Стрельба ракетами штатно велась в надводном положении, при волнении моря не более 4−5 баллов и на скорости 8−12 узлов. Предстартовая подготовка ракеты начиналась в подводном положении, и занимала до двух часов. После всплытия лодки ракета была готова к применению приблизительно через пять минут — за это время стартовый стол выдвигался на уровень верхнего среза шахты.

Подлодка проекта В-611. Рисунок Широкорад А.Б. "Оружие отечественного флота. 1945-2000"

Здесь все участники проведения испытания, находящиеся в различных отсеках лодки, имели возможность слышать подачу команд на запуск. К нашему удивлению никакого воздействия грохота от заработавшего двигателя мы не ощутили, все самые серьезные и несерьезные опасения и предположения не оправдались, хотя напряжение перед каждым запуском и в последующем мы, конечно, испытывали. Вскоре после запуска лодка повернула на обратный курс и часов в 20-21 пришвартовались у пирса завода. Так были проведены и остальные 7 работ, если не считать, что и на этот раз одно изделие отказалось подчиниться воле испытателей - не прошла команда на запуск двигателя, и изделие после короткого совещания, проведенного руководством испытаниями, было сброшено за борт в море.

Аварийный сброс Р-11ФМ

 К этому же времени относится еще одна близкая встреча с тов. Королевым С.П., которая была менее приятна, хотя и окончилась вполне благополучно. Для очередного летного испытания требовалось волнение моря не ниже 3-х баллов. Назначенный выход в море на 3 часа утра был отменен из-за отсутствия волнения. Однако часам к 11 дня погода начала портиться и был назначен выход в море на 13 часов. По прибытии на пирс мы узнали, что выход в море состоится не ранее чем через 1,5 часа и, так как на нас гражданских не получили питание, разрешили сходить в заводскую столовую перекусить. Дано это разрешение было зам. ведущего по испытаниям тов. Попковым И.В.

И вот возвращаясь вдвоем мы, Романов В.Я. и я, попали на глаза тов. Королеву С.П., попали, очевидно, впервые, за что и подвергались разносу по первое число. Не помогла ссылка и на полученное нами разрешение. Сказалась его нетерпимость к фактам, когда личные интересы ставились выше производственных, хотя в данном случае этого и не было. Лодка своевременно вышла в море, испытание прошло успешно и поздно вечером вернулась на базу. Автобус за участниками выхода вовремя не подошел, пришел только газик за Королевым С.П. и он забрал с собой Романова и меня в машину, доставил нас в вагоны, где мы в то время проживали. Случайно это было или нет, не знаю, во всяком случае его слова к нам были: "Вы ребята, уже не первый год испытатели, а Иван Васильевич Попков молодой". Так он завершил этот небольшой инцидент, случившийся перед выходом в море. В последних числах октября месяца мы возвратились.

Летом и осенью за бункером 1 объекта был построен вибростенд для испытания заправленного изделия 11ФМ в течение 3-х месяцев под воздействием вибраций. Изделие было установлено в стенде на пусковом устройстве, которое было закреплено на специальной раме на пружинных подвесках, на которую передавались вибрации от механических вибраторов с частотой, соответствующей частоте работающих дизелей подводной лодки и амплитудой 0,1 мм. После определения частоты собственных колебаний и подбора рабочего режима вибраций, было проведено испытание продолжавшееся 3 месяца круглосуточно, с редкими остановками для осмотров и проведения проверки системы управления.

В начале мая 1956г эти испытания были успешно завершены, а в июле мес. бригада испытателей под руководством тов. Дорохина Г.Д. и тов. Попкова И.В. выехали для подготовки и проведения ходовых испытаний подводной лодки с полностью подготовленными 2-мя изделиями на борту. Всего испытаниям подвергалось 3 изделия - одно изделие должно было быть запущено после месяца ходовых испытаний, второе после двух месяцев и третье после трех месяцев. В подготовке изделий принимали участие от нашего предприятия тов. Иовлев В.П., Починин М.Ф. и еще несколько человек с объекта № 7.

Числа 8-10 августа, точно не помню, подводная лодка с двумя заправленными изделиями в шахтах вышла в Белое море для первого, восьмидневного похода. Накануне выхода в море Сергей Павлович провел с нами, гражданскими участниками походов беседу. Происходила она в кают-компании корабля. Всю беседу не помню, помню только, что он остановился на том, что походы будут проходить в условиях осложнения международной обстановки. (В это время происходили контрреволюционные события в Венгрии, готовилась англо-франко-израильская агрессия против Египта, национализировавшего Суэцкий канал). Говорил, что отряд подводных лодок СССР вышел в Средиземное море, о возможности провокаций со сто-роны империалистических государств. Закончил он беседу вопросом к нам, какие личные просьбы у нас могут быть к нему и руководствуй наших организаций.

В состав команды из гражданских входили тов. Попков Иван Васильевич, Смирнов Николай Васильевич и я - это те, кто участвовали во всех походах. Кроме того, в отдельных походах участвовали осциллографист для замера вибраций и управленец фамилии которых не помню. Кроме того, в походах принимали участие представители научно-исследовательских институтов ВМФ. Первый выход проходил в очень спокойной обстановке, стояли тихие солнечные дни, море - гладкое как зеркало, мимо лодки проплывают розоватые медузы. После восьмидневного похода лодка вернулась на базу, где был произведен внешний осмотр изделий и начался второй поход продолжительностью уже в 20 дней с выходом в Баренцево море. Здесь обстановка была сложнее, почти все время шторм 6-7 баллов, в отдельные периоды до 8-9 баллов.

Половина команды в свободное время от вахты лежали трупами на койках. Были случаи, когда при боковом крене, достигавшем 40°, люди вываливались из своих подвесных коек, в кают-компании за завтраком, обедом и ужином почти пусто. Все это входило в планы проведения испытаний, так как главная цель испытаний – проверить воздействие на изделия внешних факторов, как от работающих дизелей лодки, так и моря. В процессе испытаний производился химический анализ воздушной среды как непосредственно в шахтах изделий, так и в отсеках лодки с целью определения загазованности помещений парами компонентов. Один раз в 5-7 дней производился осмотр изделия в шахте, что входило в мои непосредственные обязанности. Курс лодки после выхода в Баренцево море имел направление на север, и лодка достигала 77° северной широты. На корабле продолжалась своя флотская жизнь, проводились учения, боевые тревоги, срочные погружения. Одно из погружений происходило до глубины 260 метров, о чем по мере погружения объявлялось по радио в отсеки. По вечерам в субботу команде в кормовом отсеке показывались кинофильм. После окончания этого похода (с заходом на Новую Землю для пополнения запасов пресной воды и посещения командой бани) был произведен запуск одного изделия, прошедшего ходовое испытание в течение одного месяца. На место этого изделия было загружено третье изделие и ходовые испытания продолжены.

В третьем походе, продолжавшемся также 20 дней, курс лодки лежал из Белого моря в Баренцево, далее через пролив Карские Ворота и Карское море, на север вокруг Новой Земли и далее по Баренцеву морю на запад до норвежского острова Медвежий, берега которого мы видели невооруженным глазом, и после этого возвратились на базу.

На этом ходовые испытания были прекращены, наступила глубокая осень, на берегу уже выпал снег, приближалась полярная ночь. Поэтому десятидневный поход был отменен.

В добавок ко всему была обнаружена незначительная течь из-под заправочного клапана основного окислителя на одном из изделий. После небольшого обсуждения, в котором принимал участие и тов. Иовлев В.П., было принято решение о запуске без принятия каких-либо мер. 24-26 октября 1956г последние испытания изделия 11ФМ были успешно завершены.

Всего за все 3 похода было пройдено 10000 миль, т.е.18000км надводного и подводного плавания с 3 сутками лежания на дне Белого моря на глубине 30 метров. По окончании плавания приказом Министра Обороны СССР экипаж подводной лодки и все гражданские участники похода были награждены значком ВМФ "За дальний поход".

Отсутствие подобного оружия на кораблях ВМФ и успех испытаний позволил командованию ВМФ поставить вопрос о строительстве серии подводных лодок, оснащенных изделиями 11ФМ, и принятии этого изделия на вооружение.

Накопленный опыт позволил вплотную подойти к созданию подводного флота СССР, оснащенного ракетами среднего, а в последствии и дальнего радиуса действия со стартом уже из подводного состояния лодки.

Подлодка Б-62 проекта АВ-611. Фото Ruspodplav.ru

Также о первом пуске 1ФМ см. http://coollib.com/b/187993/read

Журнал «Техника и вооружение»

Подробнее...

Павел Константинов

Развитие идеи вооружения подводных лодок баллистическими ракетами

Часть III (окончание)

Комплекс Д-1: начало большого пути

Экспериментальная отработка комплекса

При согласовании плана-графика выполнения опытно-конструкторских работ экспериментальную часть разделили на три этапа.

Первый этап заключался в проверке воздействия стартующей ракеты на корабельные конструкции неподвижного наземного стенда, представляющего собой верхнюю часть ограждения рубки подводной лодки. Создание специального стенда поначалу поручили морскому ЦКБ-34, но его главному конструктору Е.Г. Рудяку сроки Королева показались нереальными, и он от работы отказался. В сложившейся обстановке С.П. Королев, особенностью творчества которого был стремительный темп работ, принял решение разработку пускового устройства проводить силами ЦКБ-16 (Н.В. Катеринский) по ТТЗ своего ОКБ-1 (А.П. Абрамов).

По мере готовности чертежи передавались в производство завода «Судомех», где в начале 1954 г. были изготовлены элементы неподвижного стенда. Летом готовые узлы перевезли на территорию Государственного центрального полигона Капустин Яр (начальник полигона — генерал В.И. Вознюк). Стенд состоял из пусковой шахты и конструкции ограждения рубки с имитаторами выдвижных устройств и перископов. Он воспроизводил технику подъема ракеты на верхний срез шахты для пуска из надводного положения. Достаточно сложное по кинематике сооружение на полигоне прозвали «рога и копыта». С этого неподвижного стенда в сентябре-октябре 1954 г. были осуществлены первые три пуска Р-11. Первый пуск провели армейские ракетчики: морские испытатели и корабельная команда перенимали опыт. Затем состоялся пуск из наклонной неподвижной шахты. Этих пусков было достаточно, чтобы убедиться, что макет подводной лодки выдерживает огненную струю двигателя.

Второй этап — отработка старта ракет со штатной пусковой установки с системой крепления ракеты подвижными захватами в условиях имитации качки корабля и волнения моря до 5 баллов с использованием более совершенного качающегося стенда СМ-49. Высокая сложность СМ-49 заставила расширить кооперацию. Разработчики стенда: группа конструкторов ЦКБ-16 совместно со специалистами ОКБ-1 — в части непосредственного пускового устройства, группа специалистов ЦКБ-34 — в области обеспечения качания стенда, группа специалистов НИИ-49 и НИИ-303 работала над системой дистанционного управления стенда, их коллеги из НИИ-885 занимались системой управления стартом и полетом ракеты.

В течение 1954 г. основные корпусные конструкции стенда и пусковая установка по чертежам ЦКБ-16 были изготовлены заводом № 402 совместно с Ижорским и Балтийским заводами, а качающаяся часть и другие механизмы по чертежам ЦКБ-34 — заводами «Судомех» и «Большевик». В апреле 1955 г. стенд был смонтирован на полигоне в Капустном Яру. Стенд представлял собой вертикальную шахту с комплексом необходимых систем и приборов. Одним из сложнейших вопросов стало обеспечение качания такого довольно тяжелого сооружения, причем с необходимыми параметрами-амплитудой и периодом, аналогичными тем, которые испытывает лодка-носитель. Здесь специалисты ЦКБ-34 решили «обратную задачу». Базой качающейся части послужила платформа 130-мм двухорудийной универсальной башенной установки БЛ- 109Ас механизмом стабилизации. Электроприводы могли создавать имитацию бортовой качки, соответствующую шторму в 5–6 баллов. При этом амплитуда отклонения доходила до ± 12°, поворот вокруг вертикальной оси мог осуществляться на угол до ±6°.

Главный конструктор ЦКБ-34 Е.Г. Рудяк

25 мая на стенде СМ-49 в соответствии с программой, составленной ОКБ-1 НИИ-88, начались испытания. Программа учитывала интересы всех участников темы и предусматривала за счет последовательного усложнения условий старта за 12 пусков ракет отработать все элементы комплекса, чтобы к осени выйти на летно-конструкторские испытания с подводной лодки. После 11-го пуска ракет (30 июля 1955 г.), из которых было 10 успешных, Государственная комиссия приняла решение о переходе к третьему этапу. Испытаниями было доказано, что параметры движения ракеты при старте с качающегося основания обеспечивали ее безударный выход из захватов пусковой установки, раскрывавшихся после прохождения ракетой начального участка пути. В это же время на специально изготовленных испытательных стендах проверялись новые устройства подлодки.

Третий этап составлял непосредственные испытания ракетного комплекса пусками баллистических ракет с подводной лодки с целью проверки взаимодействия всех штатных элементов комплекса ракетного оружия и корабельных систем (летно-конструкторские испытания). Пришла пора выходить в море.

Стенд СМ-49 на полигоне Капустин Яр

Инженер- капитан 3 ранга Н.В. Шаскольский

Командир Северного полигона капитан 2 ранга И.А. Хворостянов

Первый старт

11 сентября 1955 г. на Б-67 был поднят Военно-морской флаг. Базой для первой ракетной подводной лодки был Молотовск (Северодвинск). В этом приморском городе было все необходимое: судостроительный завод база для наземного хранения и испытаний ракет, база для экипажей подводных лодок и, самое главное, атмосфера «максимального благоприятствования» секретным работам. Военные моряки принимали самое деятельное участие во всех работах на Белом море. Был создан морской полигон и организована специальная часть, которой командовал опытный подводник Герой Советского Союза капитан 2 ранга И А Хворостянов. Подготовку ракет к старту и проведение их пуска осуществляла стартовая команда полигона под руководством заместителя начальника отдела корабельных испытаний морского полигона инженер- капитана 3 ранга Н.В. Шаскольcкого. Для С.П. Королева с полигона Капустин Яр перегнали специальный вагон с «залом» для заседаний, кабинетом и спальней.

Для проведения третьего этапа испытаний министром судостроительной промышленности была назначена специальная комиссия, которую возглавляли главные конструкторы Н.Н.Исанин и С.П. Королев (технический руководитель летных испытаний ракет). Первый выход на ракетную стрельбу назначили на пятый день после вступления лодки в строй. В обстановке глубокой секретности ночью с 14 на 15 сентября, на борт Б-67 была доставлена ракета. Вначале ракету подготовили на технической позиции вновь созданного полигона. Провели автономные испытания приборов системы управления, проверили герметичность двигательной установки, после чего ее заправили основными компонентами топлива. Убедившись в отсутствии замечаний, ракету доставили на трейлере на пирс, где с помощью обычного заводского портального крана и специальной погрузочной траверсы ее поставили на предварительно поднятый в верхнее положение стартовый стол пусковой установки носовой шахты и закрепили штатными стойками с захватами («корсетом»). Затем подключили отрывные кабельные разъемы, соединив системы «борта» (ракеты) с системами управления на подводной лодке. После этого автозаправщик дозаправил ракету пусковым топливом, и в 4 ч 30 мин стол с Р-11Ф опустили в нижнее положение. Погрузочные и заправочные работы проводились с выставлением трех зон охраны, с привлечением минимального числа подготовленных людей. За всеми операциями внимательно следил С.П. Королев.

С утра на лодку прибыли главные конструкторы Н.Н. Исанин (председатель комиссии) и С.П. Королев (заместитель председателя комиссии), а также представители промышленности, морского полигона, разработчики отдельных систем:

B.П. Арефьев, Ю.А. Батаев, А.А. Запольский, П.М. Зеленцов, П.В. Новожилов, И.В. Попков, В.Я. Соколов, И.В. Шаскольский, Ю.А. Щербаков, А.Н. Юшков. От «гостей» теснота была необыкновенной.

Первоначально выход намечался на утреннее время, но из-за штилевой погоды технический руководитель испытаний C.П. Королев отменил выход считая, что такая погода не обеспечит реальные условия. К середине дня задул приличный ветер, который поднял нужное волнение. Еще раз провели комплексные проверки, и, убедившись, что все системы функционируют нормально, командир капитан 2 ранга Ф.И. Козлов вывел лодку в море. Старшим помощником был В. К. Коробов, командиром ракетной боевой части — С.Ф. Бондин. «Первый» (позывной технического руководителя Королева) разместился на брезентовой разножке позади операторов для контроля их действий во время государственных испытаний. Уже на подходе к району испытаний лодку неожиданно догнал катер, на котором прибыл адмирал А. А Владимирский, временно исполнявший в то время обязанности заместителя главкома ВМФ по кораблестроению и вооружению.

Чтобы обеспечить точную стрельбу, на вновь созданном Северном морском ракетном полигоне недалеко от Неноксы на высоком берегу установили створные знаки, определяющие боевой курс подводной лодки при стрельбе и обеспечивающие выполнение задачи прицеливания, а на воде, в половине кабельтова по траверзу от боевого курса в точке старта, поставили буй. Для контроля за полетом на берегу были установлены телеметрические приемные станции. Наблюдение и связь осуществлялись специальным кораблем. Бортовая передающая аппаратура телеметрии и контроля орбиты была смонтирована в неотделяющейся головной части и работала на щелевую антенну.

На полигоне в точке старта зафиксировали метеообстановку: ветер 9 м/с, волнение 3 балла. Лодка застопорила ход: по плану намечалось произвести пуск ракеты из положения подводной лодки без хода. Но лодку сносило с курса и слегка раскачивало, поэтому решили не рисковать и стрелять с ходу. На скорости 10 узлов легли на боевой курс, качка прекратилась. За час до намеченного времени старта началась подготовка ракеты к пуску, проверка и согласование системы курсоуказания подводной лодки и гироскопов ракеты. За операторским пультом находился начальник стартовой команды инженер-капитан 3 ранга АА Запольский. Как вспоминал впоследствии командир лодки Ф.И. Козлов, все страшно волновались. У С.П. Королева, руководившего подготовкой ракеты к старту, пот градом катился со лба. В таком же состоянии пребывали и остальные руководители испытаний.

Первый в мире пуск баллистической ракеты с борта подводной лодки был произведен в 17 часов 32 минуты по московскому времени в Белом море 16 сентября 1955 г. Честь нажать кнопку «Пуск» с пульта в центральном посту принадлежала В.П.Финогееву. Вскоре пришло донесение с боевого поля: ракета, пролетев 250 км, приземлилась «с точностью в пределах тактико-технического задания». В заданном квадрате полигона от взрыва образовалась воронка глубиной 6 м и диаметром 14 м. По мнению члена-корреспондента АН СССР Б.Е. Чертока, от этого пуска «Королев получил большой заряд информации для размышления и принятия решений».

Испытание и освоение нового ракетного оружия явилось крупнейшим этапом в строительстве подводного флота. Первые образцы ракет таили в себе много неизвестного и непредсказуемого. Не все проходило гладко при отработке первого ракетного комплекса. Во время одного из пусков (пятого) пришлось совершить аварийный сброс ракеты.

Всего с 16 сентября до 13 октября 1955 года в Белом море при скорости хода лодки от 4,7 до 10 узлов, максимальной амплитуде ее бортовой качки 4° и волнении моря в точке старта до трех баллов с Б-67 было произведено восемь пусков. На каждом из них присутствовал С.П. Королев, в том числе на том, когда успешно запустили две ракеты с интервалом в 2,5 ч. «Уже возвращаясь, пригласил Сергея Павловича к себе в каюту и предложил отметить итог стопкой разведенного спирта, — вспоминал новый командир лодки капитан 3 ранга И.И. Гуляев. — Он и сказал мне: «А я ведь не пью, тем более спирт…». Но, видно, решил не портить командирское настроение и поднял стопку. А выпив, неожиданно сказал: «Ты знаешь, Иван Иванович, ничего. Так, пожалуй, и пить начнешь…»

После восьми проверочных пусков Н.Н. Исанин и С.П. Королев приняли решение испытания прекратить, подготовить предложения командованию ВМФ о приемке корабля в опытную эксплуатацию, а оставшиеся ракеты (из 11, которые были выделены для стрельб) подвергнуть дополнительным транспортным испытаниям во время опытной эксплуатации Б-67. Необходимо было убедиться в их надежности во время длительного автономного плавания в различных метеоусловиях, при многократных погружениях и всплытиях под воздействием различных физических полей корабля, возникающих в процессе работы электромеханизмов и радиоэлектронного вооружения подводной лодки.

Старт ракеты Р-11ФМ

Комплекс Д-1 на вооружении ВМФ

11 ноября 1955 г., после завершения экспериментальных летных испытаний ракет, совместным решением Министерства судостроительной промышленности и Военно-Морского Флота Б-67 проекта В-611 вновь приняли в состав ВМФ, на сей раз в качестве учебно-опытового корабля с ракетным оружием.

Н.Н. Исанин, безоговорочно уверенный в успехе, придавал большое значение созданию ракетоносцев и проводил проектные работы параллельно с экспериментальной отработкой комплекса. По результатам первых испытаний Б-67 в ЦКБ-16 был откорректирован технический проект В-611, рабочие чертежи и техдокументация. К концу 1955 г. проектные работы были закончены, и новый проект переоборудования серийных больших торпедных подводных лодок проекта 611с установкой на них двух ракетных шахт получил индекс АВ-611. Архитектура и конструктивные особенности подводной лодки проекта АВ-611 по сравнению с проектом В-611 остались без изменений, кроме конфигурации ограждения рубки и конструкции РДП. Работа по переоборудованию подводных лодок проекта 611 производилась под наблюдением и при участии 1-го ЦНИИ ВМФ.

6 января 1956 г. совместным Постановлением ВМФ, МСП, МОП и МРП было решено переоборудовать четыре строящиеся на заводе № 402 (директор Е.П. Егоров) подводные лодки проекта 611 и одну находящуюся в строю на ТОФ на Владивостокском заводе № 202 (директор Г.К. Волик) по проекту АВ-61 1 (табл.3).

В 1956 г. по итогам испытаний состоялось совещание под руководством Главнокомандующего ВМФ СССР адмирала С.Г. Горшкова. Результаты были одобрены. В заключение отмечалось, что испытания были на редкость успешными, проходили почти без отказов. За все время испытаний лишь один раз ракета не запустилась и произошел ее аварийный выброс. В феврале 1956 г. на имя первого секретаря ЦК КПСС Н.С. Хрущева и Председателя Президиума Верховного Совета СССР Н.А. Булганина поступила докладная записка от председателя Морского научно-технического комитета адмирала Л. А. Владимирского. В ней, выражая точку зрения командования ВМФ, адмирал доказывал необходимость создания подводного ракетоносного флота стратегического назначения с обоснованием данного направления военного кораблестроения и его перспектив. 11 мая этот вопрос обсудил Совет обороны страны. Он признал его делом особой государственной важности. В постановлении говорилось: «Приветствовать инициативную постановку вопроса о развитии Военно-Морского Флота СССР, изложенную в записке адмирала Владимирского Л.А. Товарищам Булганину и Хрущеву, министру обороны учесть предложения товарища Владимирского при подготовке перспективного плана военного судостроения». Постановление правительства о создании боевой системы вооружения с Р-11ФМ было принято 19 октября 1957 г. Таким образом, работа по переоборудованию больших торпедных лодок в ракетные, начатая в инициативном порядке, получила поддержку руководства страны.

А первый ракетоносец под командованием капитана 3 ранга И.И. Гуляева (впоследствии капитана 1-го ранга, Героя Советского Союза), продолжал интенсивные всесторонние испытания. После эксплуатационных и государственных испытаний комиссия государственной приемки приняла подводную лодку проекта В-611 (акт от 30 июня 1956 г.) в состав ВМФ. Дальнейшей программой намечался отстрел ракет, имеющих различные сроки хранения.

С 16 августа по октябрь 1956 г. Б-67 с целью транспортных испытаний ракетного комплекса совершила первый дальний поход в Баренцевом, Карском и Белом морях с полностью заправленными уже доработанными для флота ракетами Р-11ФМ. После длительных испытаний прошли три успешных пуска: первый — 12 сентября 1956 г. после 37 суток хранения ракеты на подводной лодке и два пуска 3 октября 1956 г. после 82 и 47 суток хранения. Пуски проводились в условиях недвижимой и подвижной лодки при скорости до 10 узлов и волнении до 2–3 баллов. Предстояло также проверить герметичность шахт в длительном походе, в том числе в шторм, и на большой глубине.

В декабре 1957 г. с целью проверки взрывостойкости ракетного оружия в условиях воздействия противника на ракетные подводные лодки были проведены специальные испытания. Они проходили под руководством Государственной комиссии, председателем которой был назначен инженер-капитан 1 ранга Ф.С. Шлемов. Ракетоносец Б-67 (разумеется, без экипажа) притопили и в 80-125 м от него сбросили несколько глубинных бомб, причем одна взорвалась над шахтами. После этого лодку подняли и тщательно обследовали. Лишь отдельные механизмы получили незначительные повреждения, зато шахты почти не пострадали. По результатам испытаний Государственная комиссия сделала заключение о том, что ракетное оружие не снижает боевой устойчивости подводной лодки-носителя в условиях воздействия оружия противника как на безопасном, так и на критическом радиусах для корабля.

На заключительный пуск третьего этапа летных испытаний в 1958 г. были приглашены заместитель главкома ВМФ адмирал Л.А.Владимирский, маршал М.И. Неделин, командующие флотами и флотилиями. Процесс всплытия лодки, отброс крышки шахты, подъем ракеты с помощью «рогов и копыт», наконец, эффективный пуск в точно установленное время вызвали у всех гостей, находившихся на борту эсминца, бурные аплодисменты. Результаты испытаний подтвердили возможность боевого использования ракет после длительной транспортировки на подводной лодке и позволили сформулировать требования к последующим поколениям ракетного оружия и подводных лодок.

Успешным окончанием экспериментальной части темы «Волна» было доказано, что подводные лодки могут стать мощным средством поражения береговых целей. Так было положено начало вооружению флота баллистическими ракетами дальнего действия. После прохождения полного цикла испытаний Б-67 вошла в состав 8-й дивизии подводных лодок с местом базирования в губе Оленья.

Аварийный сброс Р-11ФМ

После завершения этой многомесячной работы государственная комиссия отметила в своем заключении, что «впервые получен ряд важных экспериментальных данных, необходимых для дальнейшей разработки ракетного оружия и кораблей-носителей этого оружия, а также получен опыт эксплуатации систем и устройств, входящих в комплекс ракетного оружия».

Одновременно работы по доводке Р-11ФМ получили дополнительное ускорение. По разработанной документации на серийную ракету Р-11ФМ была подготовлена производственная база к изготовлению серии. В 1957 г. началось изготовление двигательных установок и ракет для испытаний на стационарном стенде. К осени этого года испытания стендовых ракет закончились и начались летные испытания с пусками с качающегося стенда. Активное участие в испытаниях принимал главный конструктор НИИ-592 (ныне НПО автоматики) Н.А. Семихатов.

Последний этап испытаний комплекса Д-1 проходил с марта по май 1958 г. и состоял из четырех пусков (из них три успешных) с серийной подводной лодки проекта АВ-611 Б-73 (командир — капитан 2 ранга И.С.Лихарев). 20 февраля 1959 г. ракетный комплекс Д-1 с баллистической ракетой Р-11 ФМ был принят на вооружение ВМФ.

В первое время подводные лодки, оснащенные комплексом Д-1, использовались для накопления опыта эксплуатации ракетного оружия. С головной подводной лодки Б-73 проекта АВ-611 (заводской № 404) проводились испытания ракетного комплекса с баллистической ракетой Р-11 ФМ на максимальную дальность стрельбы. Тихоокеанская лодка Б-62 (командир — капитан 3 ранга В.А.Дыгало) в октябре 1959 г. участвовала в показательном пуске ракеты перед первым секретарем ЦК КПСС и Председателем Совета Министров СССР Н.С. Хрущевым, Главнокомандующим ВМФ адмиралом С.Г. Горшковым, командующим Тихоокеанским флотом адмиралом В.А. Фокиным. По воспоминаниям В.А. Дыгало, несмотря на жесткие условия проверки всех систем и пуска, ракета, пролетев по баллистической траектории 180 км, попала в щит и разнесла его вдребезги — невероятный случай!

С 1958 по 1967 гг. с ракетных подводных лодок проектов В-611 и АВ-611 было произведено 77 пусков ракет Р-11ФМ, из которых 59 было признано успешными. Неудачных пусков было 18 (семь-из-за ошибок личного состава, три — по причинам отказа систем ракет, причины остальных определить не удалось). Кроме указанных выше, этой ракетой, до принятия на вооружение баллистической ракеты подводных лодок Р-13, оснащались ракетные лодки проекта 629. Век подводных лодок проекта АВ-611 оказался недолгим. Впрочем, трудно было ожидать иного от этого опытного проекта, главной целью которого было не создание нового класса стратегических ядерных сил а уяснение основных направлений дальнейшей деятельности, которые являются для этого первоочередными. Ракетный комплекс Д- 1 сняли с вооружения в 1967 г., после того как появились более совершенные ракетные комплексы.

Впоследствии лодки проекта В-611 и АВ-611 не раз перестраивались для отработки различных систем вооружений. В 1958 г. Б-67 переоборудовали по проекту ПВ-611 для испытаний ракет Р-11 ФМ с подводным стартом. Затем, в 1964 г., корабль модифицировали по проекту 61 1 РА под новую гидроакустическую станцию «Радиан-1». В 1968–1971 гг. эту лодку снова переделали, установив на нее для испытания и последующего принятия на вооружение навигационную космическую систему «Штырь-М». На других кораблях тоже испытывались гидроакустические и навигационные комплексы: в 1966–1969 гг. на Б-78 (заводской № 209) — радио-оптико-электроная астронавигационная система (проект АВ-611C), в 1967–1969 гт. на Б-89 (заводской № 515) — гидроакустическая аппаратура (проект АВ-611Е). В 1971–1974 гг. на лодке Б-78 по проекту АВ-611Д установили аппаратуру измерения и контроля физических полей корабля «Днестр» и «Днепр». Подводная лодка Б-62 была переоборудована по проекту АВ-611Ц для установки аппаратуры космической связи «Цунами-Б».

С принятием комплекса Д-1 с ракетой Р-11 ФМ на вооружение Советский Союз стал первой страной, в составе подводных сил которой находились ракетные подводные лодки с баллистическими ракетами. Выступая на юбилейной конференции с оценкой значения проведенной работы, в итоге которой и стало возможным отмечаемое событие, академик С.Н. Ковалев (ЦКБ МТ «Рубин») сказал: «Она легла в основу создания стратегического подводного флота все принятые технические решения, заложенная в них идеология остались принципиально верными и в настоящее время, претерпевая изменения, связанные с техническим совершенствованием».

Разработкой комплекса Д-1 было положено практическое начало созданию морских стратегических ядерных сил страны. Фактически произошел крупнейший технологический прорыв в военной, военно-политической и военно-технической областях сравнимый с таким крупнейшим прорывом, как, например, создание ядерного оружия. Успешный ход работ по проектам В-611, АВ-611 и ракетному комплексу с ракетой Р-11 ФМ дал возможность, не дожидаясь окончательных результатов, начать проектирование новых ракетных подводных лодок и более совершенных ракетных комплексов с баллистическими ракетами. В то же время, по мнению специалистов ВМФ, успешная работа по созданию комплекса Д-1 явилась поводом к активизации работ США по разработке системы «Поларис».

Подводная лодка проекта АВ-611

Строительство и переоборудование подводных лодок проекта 611 по проектам В-611 и АВ-611

Б-62, АВ-611 № 196 («Судомех»),631 06.09.51 29.04.52 31.12.53* Б-67, В-611, капитан 3 ранга Ф.И.Козлов № 196 («Судомех»),636 26.03.53 05.09.53 30.06.56** Б-73, АВ-611, капитан 2 ранга И.С.Лихарев № 402 («Севмаш»),404 16.08.54 16.01.57 30.11.57*** Б-78 «Мурманский Комсомолец», АВ-611, капитан 2 ранга В.В.Горонцов № 402 («Севмаш»),209 16.07.55 13.06.57 30.11.57*** Б-79, АВ-611, капитан 2 ранга В.Г.Смирнов № 402 («Севмаш»),210 19.12.55 16.07.57 03.12.57*** Б-89, АВ-611, капитан 2 ранга Н.Ф.Ханин № 402 («Севмаш»),515 05.02.57 21.09.57 13.12.57***
Наименование корабля, проект, командир на момент переоборудования Завод-строитель, заводской номер Дата закладки спуска Дата спуска Дата вступления в строй
Б-62, АВ-611 № 196 («Судомех»),631 06.09.51 29.04.52 31.12.53*
Б-67, В-611, капитан 3 ранга Ф.И.Козлов № 196 («Судомех»),636 26.03.53 05.09.53 30.06.56**
Б-73, АВ-611, капитан 2 ранга И.С.Лихарев № 402 («Севмаш»),404 16.08.54 16.01.57 30.11.57***
Б-78 «Мурманский Комсомолец», АВ-611, капитан 2 ранга В.В.Горонцов № 402 («Севмаш»),209 16.07.55 13.06.57 30.11.57***
Б-79, АВ-611, капитан 2 ранга В.Г.Смирнов № 402 («Севмаш»),210 19.12.55 16.07.57 03.12.57***
Б-89, АВ-611, капитан 2 ранга Н.Ф.Ханин № 402 («Севмаш»),515 05.02.57 21.09.57 13.12.57***

Примечания:

* — построена по проекту 611, переведена на ТОФ, в сентябре 1958 г. переоборудована на заводе № 202 по проекту АВ-611.

** — построена по проекту 611, переведена на СФ, в 1955 г. переоборудована на заводе № 402 под опытную ПЛ по проекту В-611, в 1958 г. модифицирована на заводе № 402 по проекту ПВ-611 для отработки подводного старта.

*** — строились по проекту 611, достраивались по проекту АВ-611.

 
 
 
 
Новости Роскосмоса
     
 
  13.04.2019

В Борисоглебске установлен памятный знак — капсула космического корабля «Союз ТМА-20М»
 
  12.04.2019

Роскосмос и ВКонтакте запустили космическое шоу «МКС на связи»
 
  12.04.2019

Президент России В.В.Путин посетил НПО «Энергомаш»
 
 
 

 
Аренда
     
  Охраняемый комплекс, общей площадью порядка 4700 кв.м., стоимость за 1 кв.м. приблизительно 150 руб. в месяц. Обеспечен инженерными коммуникациями. Тел. для справок (496) 546-37-30  
 
 
Наш адрес
     
  Россия, 141320,
Московская обл.,
Сергиево-Посадский район,
г. Пересвет,
ул. Бабушкина, д. 9
 
 
 

web-master